Про становление

– Вячеслав Михайлович, вас долгое время знали как производственника, причем в достаточно узкой специализации строительного сектора. Как так получилось, что сейчас вы занимаетесь и жилищным строительством, и общественной работой?

– Говорят, все идет из голодного детства. У меня не было родителей-генералов, владельцев заводов, газет, пароходов. Я вырос, по большому счету, в деревне, все делал своими руками. Уже более 25 лет работаю на одном месте. Менялись названия – «ОмскПромВентиляция», «Вентмонтаж», «РусВентПром», но суть осталась прежней. После окончания Омского технического университета я пришел работать на узконаправленное предприятие, которое специализировалось на вентиляции и всем, что с этим связано. Раньше ведь все делилось по отраслевым признакам: кто-то занимался электрикой, кто-то кранами, кто-то перевозками, кто-то техническими трубопроводами и т.д. Когда я возглавил предприятие, просто делать трубы было уже не конкурентоспособно. Мы за очень короткий промежуток времени купили большое количество станков ЧПУ – тогда такого оборудования не было не только на территории Омска, но и соседних регионов. Некоторые наши станки уникальны и по сей день. Благодаря этому мы одни из первых начали делать не только оцинкованные трубы, но и технологическое оборудование, а затем теплообменники. Проработав длительное время субподрядчиком, постоянно сталкиваясь с задержкой оплаты, решил, что пора выступать заказчиком и генподрядчиком. Только за прошлый год мы ввели в эксплуатацию четыре жилых дома общей площадью около 30 тыс. кв.м. Но производство оборудования, высокотехнологичную обработку металла мы не остановили.

– А что касается общественной работы?

– Это началось в 2014 году – в марте состоялись выборы в Омский городской совет. Честно говоря, я таким и не грезил. Но в те времена отношения между мэром Виктором Филипповичем ШРЕЙДЕРОМ и губернатором Леонидом Константиновичем ПОЛЕЖАЕВЫМ были не очень хорошие. Они сильно боролись за мандаты в городской совет: «Омская весна» против «Омской инициативы». Одни зелененькие с елочкой, другие тоже зелененькие, но без елочки. Понятно, административный ресурс у области был силен, кандидаты серьезные. В городе кандидатов в депутаты не хватало. Были очень сложные округа, на которых надо было кого-то позвать, чтобы, наверное, проиграть. Я всегда был пробивным, и меня Виктор Филиппович пригласил на четвертый избирательный округ на Левом берегу вместе с Советским районом. Округ классный, но и очень серьезный. Причем уже было понятно, кто должен победить – БЕЛОВ Евгений Иванович. Еще кандидатом был один из сильнейших коммунистов. Но это все выяснилось потом, когда мы уже ввязались в эту историю. Битва была просто сумасшедшая. В марте шел плей-офф, играл «Авангард». В самый прайм-тайм, за день до выборов, когда объявлена агитационная тишина, на экранах появился БЕЛОВ: «Не верьте ничему и никому, голосуйте за меня». Но победил я, Евгений Иванович остался на третьем месте, коммунист ТИТОВ – на втором. Я тогда единственный из команды ШРЕЙДЕРА прошел в Омский городской совет – больше никто из «Омской инициативы» не избрался. Прошел как самовыдвиженец, беспартийный. А дальше уже новейшая история. Я и председателем Совета СРО «Союз строителей Омской области» не собирался становиться.

Про строительство

– Что это за жилые дома, которые вы сдали в прошлом году?

– Есть очень большой земельный участок, более 500 га, который находится в районе Телевизионного завода – ранее там находилось теплично-парниковое хозяйство. Земля в собственности одной из компаний, подконтрольных Валерию КОКОРИНУ. Мы с Валерием Михайловичем давно дружим, давно работаем вместе. Я начал развивать застройку этой территории. В прошлом году ввели там два жилых дома, которые сегодня заселяются. Причем единственные дали детям-сиротам квартиры в пределах Омска. Сработали в этой части себе в убыток, конечно, не в один десяток миллионов рублей. В том числе были и переселенцы из ветхого и аварийного жилья. Сейчас делаем мастер-план территории с магистралями, школами, больницами, большая работа ведется по проектированию и межеванию.

– Какой конструктив?

– Крупнопанельное домостроение. Кто сказал, что это плохо? Я вырос и всю жизнь прожил в капэдешном доме. Панели сейчас делают по финской технологии – их еще использует «Стройбетон» – они по теплопроводности гораздо лучше, чем каркасники, потому что там нет мостов холода. С точки зрения визуализации дом мобилен: его можно покрасить хоть в зеленый, хоть в красный. Вторая история – это три дома на Малиновского: Малиновского, 16, Малиновского, 14 и Малиновского, 14а. Три недостроя. Один из них ЖСК с пайщиками – Малиновского, 16. Этот дом сдадим в текущем году, он в активной фазе достройки. Два дома оформлены объектами незавершенного строительства. Стройка одного из них начнется в этом году, закончится в следующем. Там документы по техусловиям просрочены, пришлось заново все получать. Второй дом начнем к зиме, в следующем году тоже планируем сдать. То есть у нас планы – в спокойном режиме два-три дома в год строить.

– Также вы построили две высотки рядом с Зеленым островом. В какой все степени готовности?

– 1 декабря 2025 года подписано распоряжение администрации города Омска о вводе трех объектов в эксплуатацию: двух высоток и паркинга. Объекты ввели, идет передача квартир собственникам. Передано уже примерно 90% квартир. Мне пришлось достраивать этот объект полностью за свои деньги, потому что на протяжении последних двух лет финансирования со стороны застройщика не было (ООО «ГК «РусВентПром» – генеральный подрядчик проекта, застройщик – ООО «Специализированный застройщик «ЖК «Зеленый остров». – Прим. авт.). Именно моя компания, обладающая большими производственными мощностями, является поручителем по крупному кредиту на проект (на пресс-туре 2020 года, в котором презентовали проект, озвучивалась сумма в 1,168 млрд. – Прим. авт.). Я не мог допустить провала этой стройки, потому что пострадали бы и дольщики, и репутация региона, и мое предприятие. Да, есть недоделки, касаемо и детских площадок, и декоративного оформления, и навигации и т.д., которые мы обсудили с застройщиком на общем собрании, – они будут устранены. Весь вопрос в сезонности работ. А отношения у нас сложные.

– Вы даже ведете судебные тяжбы с компанией-застройщиком, которую возглавляет Вадим МЕДИНЦЕВ.

– Да, «Специализированный застройщик «ЖК «Зеленый остров» владеет земельным участком, разрабатывает проектную документацию, получает проектное финансирование. Учредители общества в равных долях – Вадим МЕДИНЦЕВ, Любовь НОВОБРАНЧЕНКО и я. В уставе закреплено, что все решения принимаются только 100%-м решением участников – заостряю на этом внимание. Второй очень важный момент: любые сделки, превышающие по одному договору более 100 тыс. рублей, согласуются с участниками. Вначале все строилось, шло хорошо, но затем начались проблемы с подписанием актов выполненных работ, с оплатой, отвлечения денежных средств без согласования с участниками. Напомню, без моей компании как генподрядчика банк не одобрил бы миллиардный кредит. Сегодня у нас идет три судебных разбирательства. Первое – по взысканию 800 млн рублей за фактически выполненную работу. Процесс в активной фазе – суд наверняка назначит экспертизу. Второе – по взысканию ущерба. Помимо того, что директор тратил крупные суммы без согласования с участниками общества, сами операции, не надо было оплачивать, потому что они не относятся, уверен, к предмету строительства. И третий суд – отстранение МЕДИНЦЕВА. Учитывая, что директор не будет голосовать за сложение с себя полномочий, ничего не оставалось, как инициировать от моего имени подачу судебного иска в арбитраж.

– А в благоустройстве набережной вы участвуете?

– Участок набережной, который все обсуждают, никакого отношения к строительству жилых домов не имеет. Его не было в первоначальном проекте, не было в экспертизе, не было в проектном финансировании, которое выдавал банк. Соответственно, ни средства проектного финансирования, ни тем более деньги с эскроу-счетов, к которым у нас по закону нет доступа, направлены на строительство набережной быть не могли. Плюсом ко всему, в конце 2024 года прокуратура после истории с «Мирапортом» (ЖК «Мирапорт» на улице Пригородной попал в поле зрения надзорного органа из-за жалоб на незаконный захват береговой полосы Иртыша, возбуждено уголовное дело в отношении проектировщиков и экспертов, выдавших положительное заключение – Прим. авт.) проверила практически все объекты, которые находятся недалеко от набережной, и вынесла нам предостережение. А также требование отмежевать прибрежную 20-метровую зону и отдать этот участок в пользование муниципалитета, что и было сделано. То есть участок недалеко от нашего жилого комплекса не относится ни к нам, ни к Зеленому острову – он в городском ведении. Нам даже пришлось пересмотреть проект – спортивная и детская площадка должны были располагаться как раз на отмежеванном участке. Повторю, с наступлением тепла площадки и малые архитектурные формы будут установлены – просто в другом месте.

– Минстрой отчитывался недавно о проблемных домах. В их список попал и микрорайон «Врубелево», которым теперь занялась ваша компания.

– «Врубелево» – легендарная площадка, и ее финальная история пока не видна. Один введенный дом страдает от проблем с канализацией, которая идет через «ПРОДО Птицефабрику Сибирскую», – насосные станции сделаны неправильно. У одного из домов высокая степень готовности, его даже пытались вводить в эксплуатацию. Судьба дома не совсем понятна, потому что там есть конструктивные нарушения, большое количество замечаний, неизвестно, с какой стороны к нему подходить. Но он к нам не относится. Есть два недостроя ближе к Сыропятскому тракту: на уровне третьего этажа и на уровне первого. Мы выкупили у конкурсного управляющего именно эти две площадки, два объекта. Сейчас прорабатываем вопрос строительства канализации, причем не только для этих двух домов, но и для Ростовки, у которой очень большие проблемы и с водоснабжением, и с канализацией. Она сильно разрослась, а все техподключения были, скажем так, без расчета, потянет ли существующая коммуникация или нет новые объекты. И она не справляется. Уже выполнен проект по водопроводу, прошел государственную экспертизу, сейчас в разработке проект канализации. Они запланированы на 2026-2027 года.

– За счет какого источника финансирование?

– Определяется. Чтобы зайти на какую-то федеральную программу, нужно софинансирование 15-20%. Пул людей, которые готовы профинансировать проектные дела, поучаствовать в софинансировании, собран. Осталось добиться федерального финансирования, потому что речь идет даже не о сотнях миллионов рублей, а больше.

– Так а с самими домами что делаете?

– Мы выполнили демонтажные работы, провели обследование несущих конструкций, начинаем заниматься проектированием. Летом, думаю, выйдем на получение разрешения на строительство.

– Какова расчетная высота?

– Девять этажей, десять подъездов. Это очень большие – по 30 тыс. кв.м – дома.

– А какова конъюнктура-то строительства? Спрос есть?

– Мы все понимаем, что взрыва спроса на строительном рынке не будет – хоть на многоэтажную застройку, хоть на индивидуальную. Ипотечные программы практически свернуты, ключевая ставка все равно не упадет, как хотелось бы, до 5-6%. Поэтому я и принял решение работать сдержанно, не забегая вперед. Ни в какие-то кредитные истории, истории с эскроу-счетами играть больше не буду. Лучше меньше построю, но введу и продам уже готовые квартиры. За свои деньги. Не рискуя заиметь недострой. А почему все равно двигаюсь? Потому что есть коллектив, который нельзя потерять. Он складывался даже не годами, а десятилетиями. И найти сейчас хороших каменщиков, монтажников, инженеров, начальников участка и т.д., очень большая проблема. Сокращаемся, но не с точки зрения людей, а с точки зрения объемов работ. Не беремся за рискованные и не очень перспективные заказы.

Тенденции строительной отрасли

– Как строители относятся к инфраструктурному сбору?

– Все по-разному. Я сразу говорил, что невозможно все свалить на строителей, потому что либо они остановят работу – никто не будет работать в минус, либо заложат свои расходы в стоимость квадратного метра. Причем у рубля, которым ты платишь инфраструктурный сбор с маленького объекта, нет окрашенности. То есть, оплатив его, ты рядом со своим объектом школу или детский сад не получишь. И насколько мне известно, на средства инфраструктурного сбора ни одна школа или детский сад пока не построены. Сколько всего собрано средств – понимания нет. Как и нет понимания того, кто и каким образом платит.

– То есть к унификации так и не пришли, это всегда предмет торга?

– Не пришли. Есть известные строители, как ГУРИНОВ, КАРДАЕВ, они просто платят и все. Есть строители, которые подходят творчески к этому делу. Есть третьи, которые сказали, что будут строить сами. Сейчас можно говорить о проведении специальной военной операции, нужде Федерации в деньгах, но еще лет за пять до начала СВО соседние регионы ушли далеко вперед по количеству построенных школ, детских садов и т.д. У нас же по факту построено всего две школы и несколько детских садов. Необходимость острая, особенно в новых микрорайонах. Вот и стали таким образом проблему решать, нагрузив строителей инфраструктурным сбором.

– А вы как для себя закрыли этот вопрос, строя на телевизионке?

– Скорее всего, закончив проект планировки территории, возьмем на себя обязательства по строительству социального объекта. Потому что внесенный нами инфраструктурный сбор на общий счет не приведет к появлению необходимых именно нам школы и детского сада.

– Как вы с коллегами относитесь к инструменту комплексного развития территории? Насколько у вас это востребовано?

– Вообще механизм КРТ – это правильное направление для того, чтобы перестраивать сложившуюся застройку, которая на самом деле не украшает центральные части городов. Я говорю не только об Омске. Хотя в Омске малоэтажная застройка не только хаотичная, но и имеет неприглядный вид, у нее отсутствуют центральные системы жизнеобеспечения. Изначально история с КРТ была вообще нерабочая: ты, как строитель, вкладываешь очень крупную сумму денег, причем у тебя есть ограничения по времени реализации проекта, плюс ты еще должен построить всю социалку. До момента, когда ты заходишь на площадку, ты не понимаешь, на каких условиях ее будешь выкупать. Потому что когда ты по рыночным ценам выкупаешь объекты под снос, которые не имеют центральных систем жизнеобеспечения, – это одно, а когда в домике, например, есть все ресурсы, то приходится договариваться. Я уже предлагал разбивать территории на небольшие участки (30-40-100 га никакой застройщик не потянет) и просчитывать экономические показатели по жилью: какова допустимая высотность, максимальный объем квадратных метров, какова стоимость техподключения, наличие социальных объектов. Не каждый участок, а условный квартал. На сегодняшний день можно споткнуться на любом этапе. Взять чистый, хороший участок, выкупить 20 домиков, но понять, что проведение техкоммуникаций будет стоить как снос 40 домиков. На этапе подписания договора все это не очевидно. Предлагал я и на базе какого-то бюджетного учреждения создать блок, который будет централизованно работать с собственниками жилья, чтобы обходилось без финансового терроризма. Понятно, что застройщик проекта КРТ должен спонсировать это дело, но чиновники должны убеждать жителей, что все юридически законно и правильно. Административный ресурс можно и нужно задействовать. Когда порядок действий будет определен, читаем, кем-то подписан, наверное, дело сдвинется.

– Так жилье получится же совсем, видимо, «золотым» с учетом вышесказанного?

– Мы просчитывали с Юзефом МОСЕНКИСОМ, что цена на площадках КРТ за квадратный метр уйдет далеко за 300 тыс. рублей.

– В конце прошлого года Заксобрание приняло новые акты, и теперь в этой сложной системе капремонт домов, у которых нет денег, отодвигается. Но чем выше дом, тем у него меньше крыши и меньше фасады. Получается, дождаться трем пенсионерам ремонта крыши своей двухэтажки будет еще сложнее. Не получится ли, что изначально старый жилой фонд будет стоять десятилетия, так и не получив капитального ремонта, и в итоге уйдет под снос?

– Я также примерно рассчитываю экономику строительства домов, когда меня приглашают строить в сельских муниципальных районах. Площадь крыши двухэтажки, пятиэтажки или девятиэтажки одинаковая по затратам. Благоустройство территории – тоже. Инженерное оснащение – тепловой узел, электрощитовая, пожарная сигнализация и т.д. – тоже. Технический подвал нужен хоть для двухэтажного дома, хоть для девятиэтажного. Поэтому в двухэтажном доме квартиры никак не будут дешевле стоить, чем в пятиэтажном. Готовы ли муниципалитеты платить дороже, чем стоит такая же квартира в городе, поскольку туда еще надо привезти все материалы и людей? В районах дешевая только земля, остальное все дорого. Возвращаясь к вашему вопросу: такие опасения есть. Мои избиратели уже жаловались мне, что их дома уходят в хвост списка капремонта, потому что у них только 25 квартир, а не 300-400. Причем как раз у домов, в которых по 300-400 квартир, все хорошо, так как за счет собственных взносов – конечно, если правильно выбрано правление УК или ТСЖ – можно оперативно решать все вопросы и содержать жилье в порядке.

– А вы сталкивались с тем, что по жилым домам могут ходить эмчеэсники, как к бизнесовым объектам, и точно так же штрафовать за косяки с вентиляцией, подачей воды, закрытые двери тамбуров, хлам в коридорах и прочее? Дома постоянно штрафуют за то, что невозможно исправить. Этот вопрос обсуждался в Заксобрании?

– Не обсуждался, и по жилью я с таким не сталкивался. Сталкивался по коммерческим объектам, вы же помните историю с «Первомайским». Зачастую пожарные замечания носят фатальный режим, потому что сотрудник МЧС может найти огрехи на любом объекте. Даже в только что построенном, идеально сделанном здании перепад высоты ступеньки на три миллиметра может быть завышен, пандус не под тем углом, выходящий кабель не горючий, пожарный рукав не проходить между лестничными маршами и т.д. Люди вынуждены определенными расчетами пожарного риска снимать вопросы, устранять замечания, и все это очень затратно финансово, да и штрафы большие.

Про СРО «Союз строителей Омской области»

– Мы много писали о проблемах в СРО. Как обстоят дела сейчас?

– Я расскажу предысторию. В 2008-2009 годах, когда было принято решение отказаться от лицензий, во всех регионах начали создаваться СРО на базе некоммерческого партнерства. В Омске было создано некоммерческое партнерство «Союз строителей Омской области». 105 организаций внесли по 300 тыс. рублей на счет, и 17 июля 2009 года зарегистрирована СРО «Союз строителей Омской области» под руководством ЛИЦКЕВИЧА Николая Ивановича. Сегодня у нас 394 члена, всего же за всю историю было 926. Какие-то организации переехали по месту регистрации, какие-то перестали существовать, какие-то вышли из СРО.

– А кто члены СРО сейчас?

– Все крупные игроки рынка. Омский нефтеперерабатывающий завод со всеми подразделениями, «Титан», завод СК, Омсктехуглерод, институты, тресты, застройщики жилья вроде «Стройбетона» и ЗСЖБ №6 и т.д. – все они в 2009 году стояли у истоков СРО. В 2017 году принято решение разделить компенсационный фонд СРО на два: по возмещению вреда (взносы обязательны для всех членов СРО) и обеспечению договорных обязательств (взносы только для тех, кто участвует в конкурсных процедурах). Средства компенсационного фонда используются только в трех случаях: когда организация переходит в другую СРО (забирает свои взносы в полном объеме); когда заказчик взыскивает с компании средства из-за допущенных нарушений при строительстве, но сумма активов не покрывает требования; когда СРО прекращает существование (это возможно только в случае, если Ростехнадзор исключит ее из реестра). В третьем случае все денежные средства переходят в Национальное объединение строителей.

– Почему вы сделали акцент на 926 членах СРО?

– Потому что некоторые компании, внесшие деньги, уже не существуют, но к их средствам, находящимся в компенсационном фонде СРО, прикасаться нельзя. Их можно только разместить на депозитах. Сейчас у нас накоплено более 1,2 млрд рублей. Если «Союз строителей Омской области» перестанет существовать, около 400 с хвостиком миллионов вернется ее членам, а более 700 с лишним миллионов, оставшихся от обанкротившихся фирм плюс проценты по вкладам, уйдут в НОСТРОЙ. 19 мая 2023 года на очередном общем собрании (к слову, в этот день свой 85-летний юбилей праздновал Юзеф Матвеевич) исполнительный директор путем голосования по доверенностям переизбрал Совет СРО и назначил исполнительного директора из НОСТРОЯ. Цель была заработать очень много замечаний, способных привести к исключению СРО из реестра. Тогда-то уважаемые строители Омска и попросили меня возглавить СРО. Я думал, что быстро разберусь с этой историей, но она длится до сих пор (о том, как был восстановлен омский контроль над СРО, «Коммерческие Вести» подробно писали все эти годы. – Прим. авт.). За 1,5 года «работы» московской команды нанесен, как я считаю, более 140-миллионный ущерб Союзу строителей Омской области – мы взыскиваем сумму в судебном порядке. Отдаю должное губернатору: Виталий Павлович вник в ситуацию, понял, что, не дай бог, произойдет какая-то авария в строительстве, а средств это компенсировать не будет, и подключился к решению. В Совет СРО вошли зампредседателя правительства области Динар КУРМАНОВ, профильные министры. Началась очень плодотворная работа и по другим направлениям.

– Например?

– Есть у нас строители, которые не достраивают объекты, только получают авансы и сворачивают деятельность. Мы стали приостанавливать их членство в СРО. Это не позволяет им заявляться на новые контракты, но не освобождает от достройки действующих объектов. Так вот в конце 2025-го нам от НОСТРОЯ прилетели требования устранить замечания. В частности, они считают, что наше СРО было образовано неправильно – несмотря на то, что Ростехнадзор нас проверял прежде чем включить в реестр. В 2014 и 2015 годах были выездные проверки Ростехнадзора – тоже никаких замечаний. Есть претензии к информационной открытости сайта и т.д. Отмечу, что на территории РФ аналогичные нашей СРО уже исключены из реестра: только за 2025 год 2,4 млрд рублей поступило в НОСТРОЙ из региональных компенсационных фондов.

Про другие бизнесы

– Что происходит с вашими торгово-остановочными комплексами?

– Ситуация сложная. С этапа проведения конкурса до сегодняшнего дня ни одной копейки бюджетных средств не получено компанией «Капитал-Строй». При этом мы несем следующие обязательства. Во-первых, внесли очень крупную сумму за обеспечение непосредственного участия в конкурсе, которая безвозвратно ушла. Во-вторых, мы ежемесячно оплачиваем аренду земельных участков под ТОКами, которая индексируется с каждым годом, – около 3 млн рублей. В-третьих, ежемесячно тратим миллион рублей на обогрев. В-четвертых, обеспечиваем порядок: подметаем, долбим лед и т.д. В-пятых, обеспечиваем широкополосный интернет, чтобы на табло отражалось расписание, и видеонаблюдение. В-шестых, вывозим мусор, который, как легко догадаться, нам подбрасывают – у нас заключен официальный договор с «Магнитом». В-седьмых, и это главное, все ТОКи произведены на моем предприятии и за наш счет, мы сами их монтировали, сами подводили электричество. Получается абсолютно социальный бизнес, не коммерческий. Если отмотать время назад, я бы не стал участвовать в тех торгах. При этом если хоть одна остановка закроется, поднимается социальный бунт, все сразу жалуются мэру и губернатору. Люди привыкли к хорошему. Для понимания: это первый такой масштабный в стране проект – у нас более 180 объектов.

– За сколько лет отбились CAPEX?

– Они еще не отбились. Мы инвестировали более 1,2 млрд рублей в проект за счет других бизнесов. Возьми мы кредит, точно бы не вывезли. Помните, в ковид НТО разрешили продлить договор аренды земли без торгов на 5 лет? Мы под это постановление МИШУСТИНА не попали, потому что у нас не НТО, а ТОК. С трудом сейчас представляю себе Омск без теплых остановок. Тюмень активно интересуется ими у меня лично, Казахстан просит поделиться опытом. В Новосибирске четыре конкурса прошло на установку ТОКов – ни одной заявки. В Тюмени тоже. Все же экономику считают. Гораздо выгоднее поставить на территории третьих лиц киоск, который стоит без благоустройства, без интернета, без мойки, сдать его фруктовикам или сигаретчикам, которые сами будут все и мыть, и убирать, платить аренду. Чем вот такое хозяйство… У нас целый автопарк автомобилей, много уборщиков, диспетчерская служба, работающая в режиме 24/7, самое большое количество камер – по восемь на каждом объекте – к нам даже подключился «Безопасный город». Единственное, очень неприятно, как наши жители к этому относятся. В межсезонье бывают недели, когда каждый день вандалы громят остановки. Но 99% нарушителей мы ловим – камеры же ведь.

– Как вы минимизируете убытки от бизнеса кинотеатра «Первомайский»?

– За счет использования дополнительных площадей – детских игровых зон, фудкорта.

Ранее репортаж был доступен только в печатной версии газеты «Коммерческие вести» от 15 апреля 2026 года.

Источник: https://kvnews.ru

Подробности региональный управляющий Омским филиалом Альфа-Банка Павел Гимбатов рассказал обозревателю «Коммерческих Вестей» Анастасии Павловой. В ходе интервью была затронута и тема ипотечного кредитования.

Наша розничная база составляет без малого 290 тыс. человек. Это вполне неплохо с учетом того, что кредитные продукты, и карты, в частности, были не так востребованы, как нам хотелось бы. Однако это тоже один из лучших показателей в стране среди филиалов Альфа-Банка. По объемам выдачи ипотеки мы и вовсе вышли на второе место после Москвы. В октябре, к примеру, выдали почти 650 млн рублей. Наша доля составляет почти 20% – каждая пятая ипотека в Омске выдается Альфа-Банком.

Думаю, секрет нашего успеха прост и сложен одновременно: взять лучших людей с рынка, создать им благоприятные условия для работы и поставить посильные, но амбициозные задачи. Я очень горжусь своим коллективом. Именно благодаря ему нам в июле и удалось выйти на второе место в регионе – мы уступаем лишь Сберу. При этом, у нас всего один ипотечный центр. Безусловно, мы скрупулезно выстраивали взаимовыгодные отношения с застройщиками, совместно с ними разрабатывали льготные ипотечные программы, внедряли рассрочку, снижали первоначальный взнос и использовали другие классические механизмы.

Источник: https://kvnews.ru

]]> https://www.likado.ru/journal/2025/12/19/%d0%bf%d0%b0%d0%b2%d0%b5%d0%bb-%d0%b3%d0%b8%d0%bc%d0%b1%d0%b0%d1%82%d0%be%d0%b2-%d0%ba%d0%bb%d1%8e%d1%87%d0%b5%d0%b2%d0%be%d0%b9-%d0%b7%d0%b0%d0%bb%d0%be%d0%b3-%d1%83%d1%81%d0%bf%d0%b5%d1%85%d0%b0/feed/ 0 https://www.likado.ru/journal/2025/11/21/%d0%be%d0%bc%d1%81%d0%ba-%d0%b7%d0%b0%d0%bd%d1%8f%d0%bb-%d0%bf%d0%be%d1%81%d0%bb%d0%b5%d0%b4%d0%bd%d0%b5%d0%b5-%d0%bc%d0%b5%d1%81%d1%82%d0%be-%d0%b2-%d1%80%d0%b5%d0%b9%d1%82%d0%b8%d0%bd%d0%b3%d0%b5/ https://www.likado.ru/journal/2025/11/21/%d0%be%d0%bc%d1%81%d0%ba-%d0%b7%d0%b0%d0%bd%d1%8f%d0%bb-%d0%bf%d0%be%d1%81%d0%bb%d0%b5%d0%b4%d0%bd%d0%b5%d0%b5-%d0%bc%d0%b5%d1%81%d1%82%d0%be-%d0%b2-%d1%80%d0%b5%d0%b9%d1%82%d0%b8%d0%bd%d0%b3%d0%b5/#comments Fri, 21 Nov 2025 08:09:21 +0000 https://www.likado.ru/journal/?p=30825 Далее Омск занял последнее место в рейтинге миллионников по строительству жилья →]]> Как свидетельствует статистика, Омск существенно отстаёт от других крупнейших городов как по объёму строительства, так и по жилой площади новостроек.

Омск оказался аутсайдером в рейтинге российских городов-миллионников по объёму строительства. Этот рейтинг опубликовал Telegram-канал «Про Дома», принадлежащий ООО «Дом.РФ Технологии», единственным учредителем которого является государственное ПАО «Дом.РФ». В основу рейтинга легли статистические данные, которые публикует «Дом.РФ», регулярно обновляя.

Рейтинг городов по объёму строительства (в тысячах квадратных метров): 

1. Москва – 17 942
2. Краснодар – 5769
3. Екатеринбург – 5522
4. Санкт-Петербург – 5343
5. Ростов-на-Дону – 3556
6. Новосибирск – 2750
7. Уфа – 2658
8. Казань – 2140
9. Пермь – 1923
10. Красноярск – 1817
11. Воронеж – 1814
12. Самара – 1343
13. Нижний Новгород – 1227
14. Челябинск – 881
15. Волгоград – 834
16. Омск – 672

Рейтинг городов по жилой площади строящихся домов (в квадратных метрах на тысячу жителей): 

1. Краснодар – 4982
2. Екатеринбург – 3595
3. Ростов-на-Дону – 3125
4. Уфа – 2285
5. Пермь – 1874
6. Воронеж – 1734
7. Новосибирск – 1684
8. Казань – 1624
9. Красноярск – 1508
10. Москва – 1365
11. Самара – 1178
12. Нижний Новгород – 1019
13. Санкт-Петербург – 955
14. Волгоград – 819
15. Челябинск – 749
16. Омск – 609

На прошлой неделе в интервью изданию «Новый Омск» председатель совета директоров ГК «Стройбетон» Олег Золотов выразил сомнения в официальной статистике, гласящей, что с января по сентябрь 2025 года в Омской области построили 680 тысяч квадратных метров жилья. Поскольку 80% от этой цифры приходится на индивидуальное жилищное строительство, Олег Золотов предположил, что речь идёт об официальной регистрации давно построенных частных домов.

Источник: https://kvnews.ru/

– Юзеф Матвеевич, чем сейчас живут омские строители в глобальном смысле?

– Могу рассуждать только как раз об омских строителях, потому что мы хоть и пытались вовлечь в нашу работу иногородних застройщиков, в частности, направляли приглашение войти в правление СРО компании «Эталон», отклика не получили. Хотя их позиционируют как доминирующую структуру на территории Омской области.

– То есть у вас нет понимания, сталкиваются ли они с теми же проблемами, что и вы?

– Я не буду гадать, но предполагаю, что да. Однако для них имеются некоторые преференции. Например, к микрорайону «Эталона» подведены хорошие дороги за счет регионального бюджета, а к жилью «Стройбетона» Олега Золотова на Амурских – почему-то нет, несмотря на огромное количество проживающих там омичей. Полагаю, что не следует ждать от иногородних застройщиков какого-то вклада в регион, поскольку они ничего не платят в региональный бюджет, кроме подоходного налога. Это началось еще при предыдущем губернаторе, и я считаю, что он поступил неправильно, пригласив их в регион.

– Почему?

– Перед тем, как планировать строительные проекты – а они нужны, никто с этим не спорит – стоило пригласить на встречу местных застройщиков, обсудить задачи, сроки. Если омские компании не в состоянии справиться с поставленными целями, тогда естественно следует приглашать в регион застройщиков со стороны, согласен. Да, надо улучшать качество жилья, его внешний облик. Но кто сказал, что на это не способны омские застройщики?

– А способны?

– Я считаю, что да. Достаточно отметить многие объекты Омска, которые построили наши строители: упомянутые комплексы многоэтажных зданий на Амурских улицах и школа, построенные «Стройбетоном», множество жилых зданий с привлекательным архитектурным обликом Завода сборного железобетона №6 Юрия Гуринова, целый ряд неординарных объектов президента группы компаний «АСК» Валерия Кокорина, интересные объекты Александра Антропенко, Шамиля Шихмирзаева, Алексея Певнева, Вячеслава Васильева, Бориса Кардаева. Омским строителям есть чем гордиться. Но и иногородним застройщикам хочется пожелать успехов в работе, пусть трудятся на благо нашего региона.

– Что беспокоит строителей?

– Многие проекты поставлены на паузу из-за сниженного спроса на жилье – высокая ключевая ставка заморозила ипотечный рынок. Застройщики вынуждены распускать бригады рабочих. Возможно, проектные работы возобновятся в конце года, но не раньше. Пока не известны конкретные меры для недопущения обрушения строительной отрасли в стране. Остро стоит вопрос о состоянии коммуникаций – их износ составляет 70–80%. В бытность бывшего мэра Омска Виктора Шрейдера в год восстанавливались тепловые сети до 150 км в год, сейчас – 30–40 км. Всего же протяженность теплосетей в городе составляет около 2500 км. Проблему нужно решить буквально в течение ближайших лет. Но даже если бы чудесным образом деньги нашлись, нет специалистов для проведения работ. А главное, нужно начинать с технического обследования фактического состояния сетей, их инвентаризации.

– Во сколько это обойдется? 

– Ориентировочно 60–90 млн рублей. Это позволит получить достоверные сведения о техническом состоянии тепловых сетей и очередности работ. К сожалению, такой информации нет и по другим видам инженерных сетей. Строители крайне заинтересованы в решении этих вопросов, так как вновь возводимые объекты требуют подключения к инженерным сетям, особенно актуально это для реализации планов комплексного развития территорий Омска. В этой связи предлагаю создать проектно-строительную структуру, чтобы выделяемые денежные средства освоить в кратчайшие сроки. Для устранения износа сетей, по оценкам разных экспертов, может понадобиться 40–48 млрд рублей. На 2025 год на эти цели выделено лишь около 2 млрд рублей. Не менее остро стоит вопрос обеспечения безопасной эксплуатации панельных зданий серии 1-335 с неполным каркасом, в которых проживает около трех тысяч омичей. Еще в 1996 году в Омске состоялось организованное Госстроем России межрегиональное совещание о проблемах комплексной реконструкции таких домов – их строительство из-за технических дефектов было прекращено в 1965 году.

– То есть еще тогда срок безопасной эксплуатации хрущевок уже истек?

– Да, за 29 лет после того межрегионального совещания в Омске и 6 лет, миновавшие после выездного заседания Комитета по жилищной политике и жилищно-коммунальному хозяйству Госдумы РФ, состоявшегося в Омске в 2019 году, кардинальных решений принято не было. Общая ситуация только ухудшилась, поэтому требуется принятие незамедлительных мер для выполнения работ по усилению конструктивных элементов жилых домов серии 1-335. Необходимо провести техническое обследование 113 пятиэтажных зданий и определить очередность работ по усилению несущих конструкций, так как еще 40 лет назад специалисты СибАДИ установили, что элементы швеллеров, на которые опираются несущие прогоны, на 30% подвержены коррозии. На это потребуется ориентировочно 25–30 млн рублей, которые власти и областной фонд капитального ремонта не могут найти, хотя на подсветку Ленинградского моста, телебашни и других подобных мероприятий деньги выделяются.

– А что вы можете сказать про проектировщиков?

– В стране проектных организаций, которые входят в национальное объединение НОПРИЗ, насчитывается 62 тыс., но около 70% – организации со штатом от 2 до 6–8 человек. На мой взгляд, напрашивается целесообразное объединение организаций, но проектировщики к этому относятся негативно. Каждый намерен остаться независимым, хотя сомневаюсь, что они получают миллионные зарплаты и дивиденды. С 2017 года в системе саморегулирования в стране отменили выдачу членам СРО допуска к определенным видам работ и правом проводить проектные и изыскательские работы стали обладать все члены СРО, у которых есть в штате не менее двух специалистов, состоящих в национальном реестре специалистов. В итоге недостающих специалистов проектные организации друг у друга переманивают, т.е. мы имеем плавающий штат, что не соответствует повышению качества проектов. В позапрошлом году проектировщиков обязали предоставлять документацию, подготовленную с применением технологий информационного моделирования (ТИМ). Отмечу, что стоимость одного рабочего места составляет 0,5 млн рублей, включая стоимость программных продуктов, их сопровождение, обучение и т.д. Если мы возьмем организацию, имеющую хотя бы 10 рабочих мест, то для этих целей понадобится не менее 5 млн рублей. Не говоря, естественно, о зарплатах и прочих расходах. Минимальная цена загрузки (сумма заказов) для организации в таком случае должна быть не менее 50–60 млн рублей, потому что при рентабельности хотя бы 10% можно получить доходность 5–6 млн, позволяющую окупить расходы по внедрению ТИМ в проектной организации.

– Такие вообще есть в Омске?

– Да, но крайне мало. Это проектные институты «Омскнефтехимпроект», «Сибнефтетранспроект» и ПИК «Мостовик», но они не работают на регион, так как у них другая тематика. Предполагаю, что доля внедрения ТИМ в стране составляет около 10%. При этом далеко не каждый проект следует готовить с применением ТИМ. Проектировщики не против этого инструмента, у них просто нет на него финансовых средств. Считаю, что командный метод внедрения ТИМ, принятый Минстроем страны, не приведет к желаемому результату. Особенно с учетом того, что застройщики стремятся довести стоимость проектно-изыскательских работ до 0,5–1,5%, это исключает возможность эффективного развития проектного комплекса и требует пересмотра. И надо подготовить мероприятия для сохранения деятельности проектировщиков в регионе.

– Продвигается ли работа по обновлению Аллеи строителей на Тарской улице?

– Да, продвигается. Мы обновили участок от Интернациональной до Красногвардейской, и дальше осталось привести в порядок оставшуюся часть до Фрунзе. Конечно, многое было повреждено, что-то устарело, так как Аллея строителей была задумана и воплощена Николаем Ивановичем Лицкевичем 12 лет тому назад. Кстати, мы планируем увековечить его память специальным стендом. Глобально благоустроить аллею или перенести ее оказалось нереально – ежегодно там вскрывают теплотрассу для ремонта. Поэтому решено все обновить, не затевая крупных работ, но концептуально сохранить в прежнем виде. На полное обновление объекта потребуется 5,5 млн рублей. Работы проводим на взносы членов СРО «Союз строителей Омской области» и другие: президент ГК «Агростройкомплект» Валерий Кокорин пожертвовал 3 млн рублей, генеральный директор АО «Завод сборного железобетона №6» Юрий Гуринов – 400 тыс., директор ООО «Специализированный застройщик «Омск-Трэйс» Александр Галынский – 150 тыс., директор ООО «Строительные материалы Сибири» Александр Антропенко – тоже 150 тыс. До нужной суммы нам осталось собрать 1,3 млн рублей. В любом случае в этом году ремонтные работы на Аллее строителей надо завершить.

– А радует-то омских строителей что?

– То, что мы живы, у нас есть ресурсы и желание двигаться дальше. Мы еще в строю, и есть настрой развивать наш регион.

Ранее интервью было доступно только в печатной версии газеты «Коммерческие Вести» от 6 августа 2025 года.

Модерировала дискуссию Юлия МАЛЮТИНА, директор ООО «Издательский дом «КВ». Записала обозреватель Анастасия ПАВЛОВА.

Про итоги

– Предлагаю коротко подвести итоги 2024 года и сформулировать ожидания от 2025-го.

Вячеслав ГУРИНОВ, директор ООО «НовоСтрой КПД плюс»: Первая половина 2024 года прошла хорошо, а вторая хуже – не так хорошо, как хотелось бы. Если сравнивать с 2023 годом, в 2024-м было не все так красиво, плюс подстава от банков… Ожидания от года не совпали с реальностью примерно процентов на 15.

Владимир ГРИНЕВ, директор ООО «Сибирское бюро новостроек»: Присоединюсь. Первое полугодие 2024-го действительно шло по плану и по продажам, и по вводам. Потом начались приключения, которые от нас не зависят. Мы постарались немножко к ситуации приноровиться: чуть-чуть изменили свою работу с агентствами, с банками, стали более гибкими, не такими жесткими, как раньше.

Вячеслав КРАВЧЕНКО, коммерческий директор ГК «Сибград»: С точки зрения деятельности компании год прошел прекрасно: все, что наметили, все сделали. Сдали значимый объект – школу в Кузьминках. Справились в короткие сроки с очень сложным объектом – брошенным домом на Московке для переселенцев из аварийного жилья. Что касается продаж, то здесь соглашусь с коллегами, но это объективные причины, от них никуда не деться.

Владимир ГАВРИЛЕНКО, учредитель ГК MININGHOUSE: В области ИЖС у нас активный рост. Большое достижение в том году: начали блокированную застройку. Себестоимость квадратного метра выходит намного дешевле. Честно говоря, бизнесу надо сказать спасибо, что государство вообще думает о нас. Мы забываем, что раньше не было госпрограмм. Будем приспосабливаться.

– А что скажут риэлторы?

Татьяна ДЕЛЬ, директор АН «ТандемТ»: 2024 год оказался лучше, чем мы ожидали. Первое полугодие, как говорят наши партнеры, было неплохим за счет господдержки. После первого июля был немножечко провал, но тем не менее мы находили возможности для того, чтобы и ИЖС продавать, и многоквартирные дома. К концу года – спасибо определенным банкам, которые продумали субсидированные ипотеки – активно реализовывали вторичное жилье. Это позволило нашему агентству выйти в топ по продажам вторички на рынке. Когда мы формировали планы на 2024 год, честно скажу, я была уверена, что будет гораздо сложнее. Под конец года в связи со сдачей новостроек многие застройщики начали платить комиссию, гораздо проще стало с ними работать. Огромная заслуга федеральных компаний в том, что они позволяют нам, агентам, риэлторам зарабатывать. Они очень гибкие. Соглашусь с Владимиром ГАВРИЛЕНКО в том, что много-много лет госпрограмм, ипотечной поддержки не было. Но несмотря на то, что 2024 год был сложным, продукты на нашем рынке были, было с чем работать, что предлагать.

Надежда САСАКИНА, директор АН «Город Солнца»: Во многом соглашусь с Татьяной, действительно, до первого июля у нас было много выдач, связанных с государственными программами. В тот период в нашем агентстве недвижимости прошло много сделок по индивидуальному жилищному строительству. По вторичному рынку было много обращений граждан с жилищными сертификатами, такие, как: переселение из ветхого жилья, для граждан, относящихся к категории вынужденных переселенцев, для детей-сирот, достигших совершеннолетнего возраста и сертификаты, связанные с паводком в Омской области.

Александр КАЮКИН, директор ООО «Ледон-недвижимость»: Реальность фактически полностью совпала с моими ожиданиями. Разве что ожидал немножко меньшей просадки в новостройках, оплата комиссии при выдаче семейной ипотеке, на мой взгляд, шагнула за пределы принятия клиентами разумности цены. Но я думаю, эта ситуация полностью исчезнет: у застройщиков не будет возможности платить комиссии банкам. Понятно, что с отменой льготной ипотеки просядут новостройки. Естественно, просядет и вторичка, потому что ряд людей продает свое жилье для того, чтобы, воспользовавшись ипотекой, купить новостройку. То есть они просто ушли в отложенный спрос и придут в агентства, когда ситуация изменится. Основное количество сделок второго полугодия 2024 года были до четырех миллионов рублей. В принципе это реалистичная задача для работающей семьи – собрать такую сумму в прогнозируемые сроки, чтобы не пользоваться кредитными продуктами, поскольку текущая ипотечная ставка просто заградительная. Отмена льготной ипотеки, по моим ощущениям, привела к уменьшению активности на рынке процентов на 25-30. Лично мы диверсифицировались за счет мелких сделок, сопровождения, юридических услуг, коммерческой недвижимости. Сегмент ИЖС показал достаточно интенсивный рост в цене с сентября-октября по причине ожидаемой отставки сельской ипотеки. Не скажу, что я рад итогам 2024 года: конечно, потерять активность 30% рынка – это печально, но в целом все прошло, как и было спрогнозировано.

Евгений МИТЯСОВ, зам директора АН «РИЭЛТКОНСАЛТ»: Думаю, 2024 год сложился непросто для всех участников рынка. Хорошая динамика первого полугодия 2024 года позволила нам, с учетом сложившегося негативного сценария по рынку недвижимости во втором полугодии, в целом достичь целевых показателей по итогам прошедшего года. При этом изменения рыночной конъюнктуры поспособствовали проведению аудита и последующей оптимизации как внутренних бизнес-процессов, так и процессов взаимодействия с внешними контрагентами, клиентами, партнерами. В отношении рынка недвижимости мы продолжаем наблюдать негативный тренд по сокращению доли ипотечных сделок в портфеле, снижению количества и сумм ипотечных кредитов, выдаваемых банка-ми. Также мы наблюдаем значительное смещение спроса в сторону покупки объектов вторичной недвижимости со стоимостью до четырех миллионов рублей, снижение по рынку средней суммы сделки по договорам купли-продажи. В сложившихся на данный момент условиях мы прогнозируем дальнейшее сокращение рынка, при этом не наблюдаем маркеров, позволяющих рассчитывать на снижение стоимости недвижимости ни на рынке новостроек, ни на рынке вторичной и загородной недвижимости. В сложившихся условиях тенденция к сокращению спроса может наблюдаться в течение всего 2025 года.

– Насколько рынок сданного жилья просел в 2024 году?

Владимир ГРИНЕВ: Он практически не просел, потому что дома, которые сдавались в 2024 году, начинали строиться в 2023-м. А вот в 2025-м будет просадка процентов на 30, может, даже на 40.

– Но вы же не стали сдавать свои уже построенные дома в Амуре.

Владимир ГРИНЕВ: Сдать-то можно, вопрос в продажах. В двух домах осталось немного квартир и рядом стоит полностью готовый третий. Сдам я его и получу частичные продажи во всех трех. Зачем мне это надо?

Вячеслав ГУРИНОВ: Сейчас больше потеряем на госпошлинах. Раньше на 100 квартир платили 2,2 млн, а теперь будем 4,4 млн.

Вячеслав КРАВЧЕНКО: А мы работаем по договорам долевого участия, нам, наоборот, выгоднее сдавать раньше срока. Один дом сдали на шесть месяцев раньше, второй – на девять. Потому что нам нужно деньги быстрее получить. Мы бы сдали и третий дом, просто специалистов не хватает – перебрасывали их на строительство школы и достройку дома на Московке.

Вячеслав ГУРИНОВ: Если мы говорим про перспективы 2025-го, просадка на полгода будет минимум. С первого февраля не выдавалось ни одного разрешения на строительство, только ближе к сентябрю ситуация изменилась. Вот и считайте, все это время никто даже не начинал в городе новые проекты.

Про кадры и рост цен

– Кстати, про специалистов. Нехватка кадров усугубляется по отношению к прошлому году или находится в той же поре?

Владимир ГРИНЕВ: Усугубляется. Надо сказать спасибо федералам, которым по долевому участию дома приходится строить и сдавать. Соответственно, они вынуждены работникам платить больше, чем мы.

Вячеслав ГУРИНОВ: И спасибо им за то, что подняли цену за квадрат в Омске.

– Кстати, как сейчас объективно выглядит рост квадратного метра? Как дорожают стройматериалы, рабочая сила? Инфраструктурный сбор, опять же.

Вячеслав ГУРИНОВ: Среднее удорожание стройматериалов – порядка 50%. Зарплата – плюс 15-20%.

Владимир ГАВРИЛЕНКО: У нас стройматериалы подорожали на 20%. Мы строим из арболита и у нас его собственное производство, плюс варианты, как уменьшить себестоимость – новые технологии. А заработная плата – самая больная тема. Я бы сказал, что она выросла процентов на 50.

– К концу года с какой стоимостью квадратного метра подойдем? Как думаете?

Татьяна ДЕЛЬ: Федералы-то уже объявили, что с февраля повышают цены в Омске.

Вячеслав ГУРИНОВ: Я считаю, что федералы будут стоить 200 плюс за квадрат к концу года, иначе их экономика просто не сложится. Я пока не вижу смысла кардинально поднимать цены. Даже при такой стоимости квадратного метра есть маржинальность: никто на рынке не работает в ноль, никто не работает в минус. С точки зрения инфляции просто чтобы не дешеветь, конечно, повысим цены, но вряд ли мы уйдем за 150 тысяч за квадрат. Опять же, все зависит от локации, конечно.

Вячеслав КРАВЧЕНКО: У нас сейчас очень даже адекватная, вполне приемлемая цена. Когда федералы объявляют скидку 25% и к нам приходит клиент с просьбой сделать ему скидку, я предлагаю посчитать. В итоге всегда у нас получается цена ниже. Цена за квадратный метр однозначно будет расти, но небольшими темпами.

Владимир ГАВРИЛЕНКО: Мы постараемся удерживать ту же цену: примерно 60-70 тысяч за квадрат. Конечно, она будет выше, если делать жилье премиального класса, заниматься благоустройством поселка, строить школы, садики, дороги. С другой стороны, у людей действительно нет столько денег, и если не будет новых вводных, вряд ли они станут строить большие дома. Что рынок будет заказывать, то и будем делать, будем держать баланс. Может, блокированная застройка нас выручит. Самый недорогой блок – от 3-3,5 миллиона, площадью 42 кв. м.

Владимир ГРИНЕВ: У нас в этом году будет в продаже пять локаций: разных по местоположению, по типам домов, даже по типу продаж – мы решили попробовать работать по договорам долевого участия. Почему бы и нет?

Про клиентов

– Как выглядит сейчас портрет покупателя новостройки? Отличается ли он от покупателя вторички? Кто эти люди, с чем они заходят? Инвестиционные покупатели еще есть или закончились?

Татьяна ДЕЛЬ: На мой взгляд, инвестиционные покупатели, конечно же, заканчиваются. Почему-то многие ушли на вклады, посчитали, что это гораздо выгоднее. Думаю, что это неправильно. В прошлом году я облюбовала Тюмень, там жилье от федеральных застройщиков дешевле, чем в Омске, больше субсидированных программ. Конкуренция бешеная, предложений гораздо больше. В Москве-Питере периодически продаем и в качестве инвестиций, и для детей. Что касается портрета покупателя, то максимальная сумма, которая на сегодняшний день есть у омича, – материнский капитал, которого, как правило, не хватает даже на минимальный первоначальный взнос по семейной ипотеке. Это действительно проблема, с которой мы чаще всего сталкивались весь 2024 год и в отношении новостроек, и ИЖС.

– А каков портрет покупателя ИЖС?

Надежда САСАКИНА: Что касается новостроек ИЖС – это, как правило, молодые семьи с детьми от 30 лет, которые имеют свое небольшое жилье (например, комната, однокомнатная квартира) или не имеют такового. Кто-то планировал реализацию своего имущества до начала строительства, кто-то после его окончания, но все они пользовались ипотечными программами. Что касается вторички в этом сегменте, то это семьи старше 40 лет, для них покупка – это улучшение жилищных условий. Как правило, продажа своей квартиры с добавлением ипотечных средств в размере не более двух миллионов рублей.  Хочу отметить, что многие омичи стремятся переехать в жилые дома.  На мой взгляд, это связано с низкими коммунальными платежами, наличие своего огорода, гаража, зоны отдыха и т. п.

– Сколько сейчас людей, которые готовы прийти с наличкой на рынок?

Александр КАЮКИН: В основной своей массе деньги связаны либо с субсидиями – детям-сиротам, медикам и так далее, либо с сертификатами. Причем суммы, приближающиеся к стоимости объекта. А себестоимость строительства, наверное, уже 100-110 тысяч за квадрат. 5-7% добавил инфраструктурный взнос, до 10% отдали банку, чтобы получить семейную ипотеку. А сколько сейчас стоит купить землю? А подключить сети? Все очень дорого и дешеветь не планирует.

Вячеслав ГУРИНОВ: Сейчас вводится комплексное развитие территорий, то есть земля подорожает в разы.

Александр КАЮКИН: Возьмем вторичку: человек приходит и говорит, что ему надо продать квартиру за месяц. Сразу отнимаешь 20% от средней стоимости объекта по рынку, потому что стандартная экспозиция – 3-6 месяцев. Банальное уторговывание 10%, то есть уступаешь 30%. И это речь про квартиры до десяти миллионов рублей.

Татьяна ДЕЛЬ: Я бы даже сказала, до семи миллионов рублей.

Александр КАЮКИН: Очень мало людей объективно представляют, из чего сегодня состоит себестоимость квадратного метра, рентабельность застройщика. Попробуйте сходить под Фрунзенский мост, где сидят гастарбайтеры. Если в прошлом году можно было за две тысячи нанять человека на сутки, то теперь это уже пять тысяч, еще он торговаться будет, еще его привези-увези и накорми помимо всего прочего. Сейчас все квоты гастарбайтерам выдаются на Москву, в регионы ехать нельзя, хоть это им и удобней. Так вот, мы все знаем классическую экономическую теорию: любой продавец товаров стремится – и это совершенно нормально – максимально дорого свой товар продать. Поэтому любой застройщик будет поднимать цены, если это позволяет ситуация. Причем никто не знает, какие затраты завтра появятся дополнительные. Потому что наши рыночные реалии постоянно что-то привносят: то плюс 5% НДС для упрощенцев, то мигрантов-строителей запретили в Омск пускать, то инфраструктурный сбор появился, то еще что-нибудь. И если предприниматель продает за 150 тысяч рублей квадрат вместо 200 тысяч, то это от лукавого. Он должен понимать, какое у него плечо запаса, сколько он может в убыток себе продавать, чтобы продолжать бизнес осуществлять. Мы когда делаем экономические экспертизы, один из вопросов, который ставится при банкротстве, это когда возникла реальная дата банкротства, а не день, когда предъявили претензии. Откройте ЦИАН и посмотрите, сколько продается земельных участков под МКД. Два от силы! А значит, пока все нормально, все живы, все на своих местах. Насколько выше «точки безубыточности» сегодня цена новостроек, насколько они готовы эту цену снизить в случае, если экономическая ситуация будет заставлять – например, ужесточат требования к заемщикам настолько, что люди перестанут брать ипотеку – вот это главный вопрос. Мне кажется, строители, особенно федералы, могут уступить 25% от текущей цены. А пока они не снизились ни на рубль, значит, все хорошо с экономической ситуацией, запас прочности есть и у рынка, и у застройщиков. Сначала запас прочности закончится у рынка, только потом у застройщиков. Представьте, что «семейникам» придется платить 12 вместо 6%. Сразу количество клиентов уменьшится в два раза.

Про ипотеку

Вячеслав ГУРИНОВ: Нам пока еще везет, что у нас действуют старые условия семейной ипотеки. Мы ведь строим еще в Новосибирске – там продажи практически встали во всем городе. Потому что по новым условиям в семье должен быть ребенок, рожденный после 1 января 2024-го. Таких желающих единицы. Реально семейная ипотека, которая запустилась в 2018 году, начала работать в 2021-м, когда мамы вышли из декрета на работу. Тогда семья начинает понимать, может или не может она потянуть ипотеку.

Александр КАЮКИН: Я голосую за то, что платеж по ипотеке не должен превышать 50 тысяч рублей – это то, сколько люди реально готовы платить.

Надежда САСАКИНА: На мой взгляд, ежемесячная сумма – не более 35 тысяч рублей.

Вячеслав ГУРИНОВ: Люди берут кредиты и под 30% годовых. Просто заходят в транш и платят по 10 тысяч в месяц. И полагают, что через год смогут платить больше 300 тысяч в месяц. Не знаю, на что они рассчитывают.

Надежда САСАКИНА: На то, что ставка упадет и они получат рефинансирование.

Евгений МИТЯСОВ: В первом полугодии 2024 года ЦБ прогнозировал ключевую ставку к концу 2025 год на уровне 8%, во втором полугодии прогноз бы скорректирован до 16% по итогам 2025 года. При таких рыночных условиях ставки по ипотеке останутся заградительными.

Вячеслав ГУРИНОВ: В 2009 году у нас были «миллиончики», которые звонили по всем офисам и говорили: у нас есть миллион рублей, что мы можем у вас купить? В 2015-м были «полторашники». А сегодня планка уже 3,5-4 млн рублей.

Александр КАЮКИН: Если семейную ипотеку распространят на вторичку, будет сразу остановка уторговывания и увеличение количества сделок, скорее всего серьезная стагнация на новостройках.

Евгений МИТЯСОВ: На омском рынке в экспозиции на профильных сайтах-агрегаторах размещено порядка 14-16 тысяч предложений о продаже недвижимости. При распространении семейной ипотеки на вторичку квартиры со стоимостью до шести миллионов рублей будут распроданы в течение двух – трех месяцев. Все ликвидные предложения уйдут сразу же. А продажи новостроек будут стоять колом, согласен. Средний объем выдаваемой ипотеки был 3,5 млн рублей, а сейчас 2,5 млн. Люди мыслят короткими циклами: переплатить сейчас, закрыть дорогую ипотеку за пару лет, но жить в квартире большего метража.

– Банки жестче к заемщикам стали относиться?

Татьяна ДЕЛЬ: Очень жестко.

Евгений МИТЯСОВ: Руководством страны было озвучено, что лимитов по программе «Семейная ипотека» быть не должно. При этом увеличился процент отказов в выдаче гражданам ипотечных займов.

Вячеслав ГУРИНОВ: Один из банков, который отменил субсидии по ипотеке, установил такой скоринг, что зарплата должна быть в 10 раз больше ежемесячного платежа. То есть при платеже 20 тысяч, нужно показать зарплату 200 тысяч рублей.

Владимир ГРИНЕВ: В одно утро нам 20 клиентов сказали, что им не одобрили ипотеку, вернее, наш дом как объект. Двум мы вернули задатки, а остальных 18 отправили в другие банки, и там уже сделки состоялись. А вообще банкам ипотека, по моему мнению, сейчас не нужна. Обратите внимание, что они совсем перестали рекламировать ипотечные кредиты, зарабатывают на других продуктах.

Татьяна ДЕЛЬ: У меня в конце декабря много сделок по ИЖС слетело: они находятся на проектном финансировании и для одобрения не годятся. В январе в принципе та же самая картинка. Не представляю, как ижээсни-ки сейчас выживают, мне их безумно жалко и хочется поддержать, им гораздо сложнее, чем многоквартирным домам. О сельской ипотеке, думаю, до апреля – мая ничего не услышим, не узнаем.

Владимир ГАВРИЛЕНКО: Я 50% коллектива уже отправил на отдых, ждем, когда начнется спрос на дома. Но у нас они майнят, то есть зарабатывают, отапливают себя. Поэтому я, как инвестор, уже сам думаю, доделать поселок для конца и сдавать дома в аренду. Когда ипотечных программ нет, соответственно, аренда вырастет.

– Во сколько омским застройщикам обходится субсидирование ипотеки?

Вячеслав ГУРИНОВ: В среднем 16% на тело кредита. В итоге покупатель, предположим, рассчитывает на квартиру за шесть миллионов, приходит, а она стоит уже 7,2 млн. Еще и на страховку придется деньги искать, потому что она зависит от стоимости квартиры. Все равно все опять легло на потребителя.

Владимир ГРИНЕВ: Как и инфраструктурный сбор. Омичи сами будут платить за то, чтобы у них появился детский садик и школа.

– В новостройке.

Вячеслав ГУРИНОВ: Если завтра мы поднимем ценник на 20%, вторичка отыграется минимум на 15%.

Александр КАЮКИН: Сегодня в новом доме квартира дороже, чем в старом. Должно быть так или не должно?

Татьяна ДЕЛЬ: Не должно.

Вячеслав ГУРИНОВ: Назовите мне хоть одну отрасль, где старое стоит дороже нового!

Александр КАЮКИН: А теперь посмотрите на другую ситуацию. Человек покупает квартиру в «Зеленой реке» по договору долевого участия. Срок сдачи – два года. А рядом цена на вторичку в сданном доме ниже. За эти два года может произойти все что угодно! Может у застройщика не получиться вовремя ввести дом в эксплуатацию? Конечно может. А ответственность у него за это снижена: закон меняли потихонечку, пока пандемия шла, СВО. Застройщику дали возможность продлить сроки сдачи без серьезных последствий, без выплаты неустойки. Должно ли жилье по ДДУ стоить дороже, чем готовое? Не думаю. Убери сейчас льготную ипотеку на новостройки, и цена сдуется. Конечно, производители кирпича, цемента, проводов и прочего подсуетились: застройщики могут поднимать стоимость, а мы нет? Это рынок, а они такие же продавцы.

Про запросы покупателей

– А как сейчас покупатели квартир многоквартирных домов реагируют на объем благоустройства? Насколько это значимый фактор?

Вячеслав ГУРИНОВ: Все хотят красивую упаковку, но так, чтобы она не била по карману.  А проекты упаковывать стали все красиво.

Вячеслав КРАВЧЕНКО: Да, с заходом федералов в Омск презентации вышли на новый уровень. Конечно, люди видят прекрасные рендеры, влюбляются глазами. Мы тоже стали уделять картиночкам особое внимание, тратить на это деньги. Тем не менее люди покупают то, что дешевле. Когда люди приводят в пример другие проекты с каким-нибудь шикарным вестибюлем, я отвечаю, что через два-три года все это угробится и вам придется восстанавливать все за свой счет. Поэтому вы просто сейчас переплатите, а потом заплатите еще раз. Мы хотели сначала сделать так в Кузьминках. А сейчас люди сделали ремонты у себя в квартирах, провели собрание жильцов и сами сделали себе авторский проект вестибюля – с красивым потолком, светильниками, кожаными диванами, каминами.

Про недооцененный сегмент

– Как обстоят дела с коммерческой недвижимостью?

Александр КАЮКИН: Коммерческая недвижимость недооценена. А цена на аренду растет. Возьмем центр города: «Флагман», «Герцен-Плаза», Дом быта на Герцена. В прошлом году в этих локациях можно было найти аренду 450 рублей за метр, а сейчас меньше 700 рублей не бывает. В этом году уже тысячники попали под налоги от кадастровой стоимости, а все вместе это 25-26% процентов от того, что владелец получает в виде арендной платы. Сроки окупаемости увеличились с 7 лет до 15. Спрос есть на все виды недвижимости, кроме старых офисных центров в производственных локациях, ведь весь вопрос, как туда будут добираться сотрудники, где они будут там кушать и так далее. В целом рынок живой достаточно, резкого увеличения спроса или резкого снижения не замечаю. Он еще хуже с точки зрения кредитования, чем жилой, но на повышение ставки сильно не отреагировал, потому что у него и так было все плохо: платить 21 или 28% особой разницы нет. Льготных, как в пандемию, ставок нет, да они и никогда не были фиксированы, привязаны к «ключу». Народ в основном продает активы и уходит в Москву, в Питер, потому что там уровень управления коммерческой недвижимостью намного выше: можно делегировать руководство управляющей компании без погружения в процесс и получать доход. Не знаю, когда такое появится в Омске. По моим ощущениям, мы еще долго – не меньше пяти лет будем находиться в турбулентности. От всей этой истории выигрывают не потребители, не строители, не риэлторы, а банки – они свои деньги получают в полном объеме. Когда мы слышим, что государство выделило 300 млрд на сельскую ипотеку, речь идет не о выдаче новых кредитов, а об обслуживании выданных. Предпосылок для взлета не вижу, если все останется на том же уровне – уже неплохо. Для инвестиций я бы рекомендовал приобретать не жилье, а коммерческую недвижимость или землю.

Фото Максим Кармаев

Отмена массовой льготной ипотеки, введенной в 2020 году, привела к снижению сделок у застройщиков на 60%. Неудивительно, ведь комфортный платеж по ипотечному кредиту, который люди готовы платить, – 35 тысяч рублей. Глядя на текущую ключевую ставку и, соответственно, ипотечные ставки, предлагаемые банками, в 23-25%, мы понимаем, что на самом деле платить придется в два раза больше – 70-80 тысяч рублей в месяц, и то если удастся получить этот кредит.

Дело в том, что общая закредитованность заемщика не должна превышать 50% его дохода вместе с будущим платежом по ипотеке. Естественно, просрочки по предыдущим кредитам, микрозаймы недопустимы. В итоге сейчас 85% сделок купли-продажи квартир проводятся на наличные деньги.

Доступность ипотеки демонстрирует наглядный расчет. Предположим, я покупаю однокомнатную квартиру за 4,5 млн рублей в новостройке. Если я не попадаю под семейную ипотеку, то по так называемой гражданской ипотеке минимальный первоначальный взнос будет от 15,1%, примерно 680 тысяч рублей. Кредит на 30 лет по ставке 23,2% – это ежемесячный платеж около 73 800 рублей. Если же ставка 25,7% – а мы и такие видим на рынке, это уже 81 700 рублей в месяц. Кредит в 7 млн рублей под 25,7% это уже платеж 150 тысяч рублей, что вряд ли подъемно.

Если брать ту же квартиру за 4,5 млн рублей по семейной ипотеке, понадобится первоначальный взнос 20% – 900 тысяч рублей. По кредиту на те же 30 лет ежемесячный платеж составит 14 300 рублей. Если это кредит в 7 млн рублей, то платеж будет 42 000 рублей. Семейная ипотека доступна семьям, в которых есть двое несовершеннолетних детей, либо один ребенок до семи лет, либо ребенок-инвалид. Также теоретически можно получить какую-то дополнительную скидку от застройщика. Положение осложняется тем, что действие семейной ипотеки распространяется только на новостройки и не имеет силы на вторичном рынке. И самое главное: в крупных банках лимиты на ипотечные кредиты по семейной ипотеке в этом году закончились – в небольших пока еще есть.

Что касается IT-ипотеки, то и там есть серьезные ограничения: компания не должна быть зарегистрирована в Москве или Санкт-Петербурге, должна иметь аккредитацию Минцифры, а ежемесячный доход сотрудника превышать 150 тысяч рублей. К сожалению, омские айтишники в большинстве своем не дотягивают до такого уровня заработка.

В Госдуме в рамках осенней сессии будут обсуждать предложения по новым льготным ипотечным программам. Безусловно, это обнадеживает, но рассчитывать на быстрый положительный исход я бы не стал.

Пока пройдут дебаты, пока придут к консенсусу, пока получится обеспечить финансирование – в лучшем случае что-то конкретное мы сможем увидеть ближе к концу года. Но пока, к сожалению, все находится на стадии слухов и догадок. К примеру, мы уже давно слышим про льготные ипотечные программы для сотрудников оборонных предприятий, отдельных специальностей, категорий граждан, но реально работающих инструментов рынку так и не было предоставлено. Резюмируя, скажу, что в ближайшие полгода доступная ипотека окажется для большинства россиян приятным воспоминанием, не более того.

Источник; https://kvnews.ru

– Александр Геннадьевич, какие тенденции спроса на омском рынке жилой недвижимости вы бы отметили с начала года?

– В свете нынешней ситуации становится понятно, что в первом полугодии 2024 года все было хорошо: нормальная ипотечная ставка, при которой люди могли позволить себе взять кредит под 12-15% годовых, плюс льготная ипотека, распространявшаяся на новостройки. Отмена льготной ипотеки с 1 июля, увеличение ключевой ставки до 16%, а потом до 18%, когда реальный ипотечный кредит на вторичку перевалил за 20%, стали шоковой терапией для рынка. Поэтому, можно сказать, первое полугодие рынок жилой недвижимости демонстрировал стабильный рост, количество сделок оказалось выше, чем в первом полугодии 2023 года. Текущая же ключевая ставка зарезала стандартные ипотечные программы, и, по сути, единственным живым ипотечным продуктом, который продолжает работать, оказалась семейная ипотека. Причем в ограниченном масштабе – мне, например, непонятно, почему семейная ипотека не рассчитывается исходя из количества детей, почему я не могу воспользоваться этим инструментом, если хочу купить квартиру детям и так далее. Изменение ключевой ставки привело к снижению активности на рынке от 40 до 70%. Думаю, что объем продаж у застройщиков в основной массе упал примерно в том же объеме, у риэлторов на вторичном рынке тоже. Единственный позитивный момент – предложение субсидированной ипотечной ставки от застройщика. Сейчас обсуждается, в перспективе, пересмотр и добавление льготных ипотечных программ, но скорее всего реальные изменения произойдут не раньше второй половины сентября или даже октября, когда начнет работать Госдума, или застройщики договорятся с банками. В ближайшие месяцы я ожидаю снижение активности по отношению к среднему результату прошлого года в диапазоне 30–60%.

– Каким сделкам отдают предпочтение омичи?

– В основном все сделки находятся в диапазоне до четырех миллионов рублей. Если люди берут ипотечный кредит, то один или два миллиона: люди готовы реально платить 30-50 тысяч рублей в месяц, но не больше. Поскольку семейная ипотека дается всего один раз, молодежь серьезно думает, где ее брать – стоит ли покупать квартиру в Омске или в другом городе. К сожалению, выбор зачастую происходит не в пользу Омска. Новые реалии для жилого рынка – колоссальный разрыв между ценой на новостройки и на вторичку, порядка 20–30% и более. Эта тенденция останется с нами скорее всего уже навсегда: новая квартира дешевеет буквально за полгода-год после приобретения, как автомобиль. Люди, которые покупают сегодня второе, третье жилье, еще помнят те времена, когда новостройки на стадии начала строительства стоили гораздо дешевле вторички.

– Какие объекты, микрорайоны наиболее востребованы?

– Насколько я понимаю, на сегодняшний день самое большое количество сделок проходит у застройщиков, которые предлагают субсидированную ставку, то есть оплатили субсидию банку, для того чтобы их клиенты могли получить более приемлемые условия по ипотечному кредиту. Кого-то конкретного я называть не хочу, но такие в Омске, разумеется, есть. Я бы сказал, что востребованы все микрорайоны, какой-то дикой, жесткой конкуренции на рынке, переизбытка квартир нет. Если бы сегодня была доступная ипотека, то люди покупали бы все – весь объем, который строится, был бы рынком переварен. Весь вопрос в том, как сейчас будут возникать новые проекты.

– С учетом социальной нагрузки для застройщиков в виде строительства/ремонта школ с любезной руки Омского городского совета?

– Вообще официальная версия, что эта «нагрузка» – реализация запросов застройщиков, которые сами хотели получить возможность или даже конкурентное преимущество в виде реализации социального объекта, но не имели для того юридических механизмов. Насколько я знаю, процесс пошел: застройщики заключают такие договоры. Что тут удивительного? Ведь иначе получить разрешение на строительство невозможно. Но у меня не меняется к этому отношение, которое я озвучивал еще в апреле на круглом столе в вашей редакции. Есть два статуса события: законность и легитимность. Законность я понимаю как соответствие нормам права, а легитимность как восприятие населением. С легитимностью все в порядке: люди понимают, что им это выгодно, им без разницы, кто построит школу, садик – застройщик или государство. К законности, то есть правовым основаниям, вопросы есть. Будущее покажет, как будут развиваться события: куда на самом деле пойдут деньги, построятся ли школы. Но давайте просто посчитаем: платеж от 8 до 11 тысяч рублей на квадратный метр, средняя стоимость жилья в новостройках, условно, 140 тысяч рублей за квадратный метр, то есть больше 5% от проекта, которые застройщик все равно включит в его стоимость. В итоге заплатит конечный потребитель: жилье не станет дороже из-за того, что рядом есть садик и школа. На 5% поднять цены в текущих условиях, когда объемы продаж упали на 40–50% нереально, а значит, застройщики на какое-то время откажутся от своей маржи, «ужмут» подрядчиков, «ужмут» материалы. Посмотрим, во что все это выльется. Если не будут реализованы какие-то государственные программы, объем строительства многоквартирных жилых домов серьезно сократится – до прояснения ситуации с платежеспособным спросом.

– Как примирить массовый отъезд из Омска и такое количество строящихся домов? Постоянно сетуют у нас читатели в комментариях на сайте.

– Да мало у нас строится жилья в Омске, нет переизбытка квартир совершенно. Ежегодный ввод в лучшем случае всего 300–350 тысяч кв.м в городе-миллионнике – это явная недостача на рынке. При нормальной кредитно-денежной политике Омск, как я уже сказал, спокойно переварит и полмиллиона, и даже больше новых квадратных метров. Будет конкуренция между застройщиками – качество жилья повысится, цена снизится. Нужно строить гораздо-гораздо больше, и тогда стоимость квадратного метра начнет падать – экономическая теория на рынке жилой недвижимости работает как часы. И я к тому же бы не сгущал краски насчет массового отъезда из Омска. Так же массово уезжают люди из Новосибирска, из Екатеринбурга, из Красноярска, из Нижнего Новгорода, изо всех городов-миллионников. Но мы же не можем запретить переезжать в Москву, закрыть ее для россиян? А застройщики сами понимают, какие предпринимательские риски несут, поэтому, на мой взгляд, проблема именно в этой части очень сильно раздута.

– Что скажете по поводу скандала со строительством жилого комплекса «Мирапорт»?

– Ситуация, мягко говоря, интересная. Предположим, я обыватель и боюсь купить квартиру в новостройке у застройщика. Мне говорят, что я должен проверить, есть ли разрешение на строительство – оно должно быть размещено на сайте застройщика. Я посмотрел – есть. Эскроу-счета? Банк подтвердил. Все формальные признаки реализованы, я внес свои деньги, а потом выясняется, что разрешение на строительство выдано незаконно. Вот здравствуйте, а где была прокуратура до этого момента? Если она считает, что кто-то может внутри администрации незаконно выдать какое-то разрешение, значит, сама система выдачи разрешений несовершенна? Это ставит под вопрос вообще все выданные разрешения на строительство в Омске! Тогда, может, прокуратура проверит все остальные стройки? Вдруг незаконно строят и «Эталон», и «Брусника», и «Догма»? Я, как гражданин, как потенциальный покупатель, хочу проверки прокуратурой всех застройщиков, для того чтобы понимать, что все законно. Думаю, застройщики не будут против. Если строительство не будет продолжено, кто расплатится с людьми, которые уже купили в «Мирапорте» квартиры? По-хорошему, это должно сделать государство – оно ведь выдало разрешение на строительство – а потом уже выяснять отношения с застройщиком. Вот когда у нас государство выйдет на такой уровень ответственности, на котором все будут знать, что оно всегда возвращает деньги, никому ничего не прощает, наказывает за оплошности, тогда покупатель и сможет быть спокойным. А сейчас меня сильно волнует, насколько законны все остальные омские стройки. Нам теперь что, каждый раз идти в прокуратуру, прежде чем совершать какое-то юридически значимое действие при приобретении новостройки? Куда нас заведет эта история? Это очень важный момент на рынке жилой недвижимости.

– А что происходит на рынке коммерческой недвижимости? 

– Конечно, при отсутствии кредитования, а кредит на коммерческую недвижимость сегодня стоит так же, как и на вторичном рынке жилья под 21-23% годовых, объем сделок на рынке не растет. Но и не падает, по крайней мере, не так критично, как это происходит с квартирами. Ставки аренды потихонечку растут и продолжат это делать ближайшие три года. Связано это с ростом расходов на коммунальные платежи, на содержание помещений, на налоги. Самое главное: многие впервые в этом году, а именно граждане, заплатят налог на нежилое помещение исходя из 2% его кадастровой стоимости (предприниматели и так его платили, правда, льготно и 1,7%). Это существенная сумма: в среднем придется заплатить 15–20%, по крайней мере, минимум 10% от денежного потока, формирующегося от сдачи коммерческой недвижимости в аренду, так что арендная ставка ожидаемо вырастет. Доходность объектов, к сожалению, упала. Получается, если ты, например, на УСН и платишь 6%, то налог на имущество – это первая «десятина», остальные налоги – вторая «десятина», плюс расходы на обслуживание. Но спрос на аренду есть, и, на мой взгляд, коммерческая недвижимость на сегодняшний день недооценена – стоит она дешевле вторичного жилья, а себестоимость ее строительства та же самая, так что налицо экономический дисбаланс. Поэтому у нее есть серьезный потенциал к росту цены, который проявит себя, как только ситуация на рынке более-менее стабилизируется. И приходится констатировать, что мы уверенно идем к увеличению периода окупаемости по недвижимости в 10, а то и 15 лет. Как ни крути, недвижимость – консервативный способ сохранения денежных средств, поскольку она все равно со временем дорожает, менее подвержена рискам по сравнению, допустим, со вкладами. Если ко мне приходит человек и просит посоветовать, куда инвестировать, с суммой не более 3 млн рублей, я честно рекомендую просто открыть депозит в банке. Потому что к покупке недвижимости нужно подходить взвешенно: подбирать локацию, помещение, решать, как этим управлять, как правильно считать доходность и так далее – нюансов масса. Тем не менее, я отмечаю на рынке рост сделок по покупке помещений в собственность для ведения бизнеса, особенно это касается производственных площадок, мелких сервисов для населения.

– Как себя чувствуют торговые центры?

– Напряженно, с тех пор как их выделили из общей массы объектов и заставили платить налог от кадастровой стоимости сначала владельцев помещений от 5 тысяч кв.м, затем 3 тысяч, затем 2 тысяч, потом 1 тысячи. С 2026 года такой налог будут платить все. Конечно, он кажется мне избыточным. На мой взгляд, собственникам стоит позадавать различные вопросы в плоскости права, в частности, что касается уплаты НДС. К тому же пандемийная культура потребления сместила фокус с крупных торговых центров на локальные микрорайоны плюс сказалась популярность интернет-покупок, шопинга на маркетплейсах. Поэтому торговым центрам приходится очень тщательно работать над тем, чтобы удерживать арендаторов и привлекать покупателей. Потребность в появлении новых подобных объектов ощущается, пожалуй, только в строящихся микрорайонах.

– Дадите прогноз на ближайшие полгода?

– В сентябре ждем договоренности застройщиков и банков об условиях оформления и размере субсидированной ставки. На самом деле застройщикам это гораздо выгоднее, чем просто сделать дисконт, потому что тот сам по себе не приведет к сделке. Допустим, квартира стоит семь миллионов рублей, у человека есть первоначальный взнос в размере 20%. Выходит, что сумма кредита, которая нужна покупателю, – 5,6 млн рублей, то есть ежемесячный платеж составит более 70 тысяч рублей в месяц при ставке 22% годовых. Предположим, застройщик сделает скидку на свою квартиру 20%, и та станет стоить 5,6 млн рублей, тогда человеку нужно будет накопить 1,12 млн рублей на первоначальный взнос и взять кредит 4,48 млн рублей с платежом больше 50 тысяч рублей ежемесячно. А если застройщик договорится с банком о субсидированной ставке, то клиент даже если возьмет ипотечный кредит 5,6 млн рублей, будет платить в месяц меньше 50 тысяч. И это как раз определяющий фактор, на мой взгляд. Застройщик, который сможет своему клиенту предложить квартиру с ежемесячным платежом в пределах 35 тысяч рублей, более легко продаст ее. Тот, кто не сможет этого сделать, будет продавать свои квартиры гораздо дольше, а может и не продать вообще. По крайней мере, до тех пор, пока доходы людей не позволят им платить больше. На мой взгляд, оптимальная планка ежемесячного платежа по ипотечному кредиту – 35–50 тысяч рублей, точно не больше. Если в 2015 году рынок стагнировал 2,5 года и цены упали на 25%, то теперь, думаю, нас ждет не менее длительное падение или стагнация. Понятное дело, сейчас играет значение политическое положение дел, а не экономическое, но все же, если судить по экономическим моделям, то прогноз даю такой. Новостройки расти в цене точно не будут, а вот дешеветь вряд ли, поскольку дорожает абсолютно все. Субсидированная ставка обеспечит необходимый спрос, но снизится объем новых проектов, снизится объем ввода в эксплуатацию строящихся объектов. Что касается коммерческой недвижимости, здесь вряд ли что-то изменится, скорее всего останется в той же поре. В течение ближайших трех лет цены и на аренду, и на приобретение нежилых помещений вырастут или станут вровень со стоимостью вторичного жилья.

– А что насчет сельской ипотеки?

– 15 сентября узнаем, изменятся ли ее условия и параметры. Пока что слышны идеи отодвинуть ее применение от границ городов на какое-то количество километров. Если, условно говоря, от Омска отодвинуть реализацию сельской ипотеки на 50 км, то объем сделок упадет, по моим оценкам, в 3–4 раза, потому что все-таки основные пользователи этой программы не жители сельских районов – у них достаточно вторичного жилья, которое можно купить, ведь народ массово уезжает из области, а заводить строительство нового дома очень дорого. То есть, по сути, мы упираемся в решения Правительства РФ, особенно его финансового сектора, потому что действующая ключевая ставка способствует повышению стоимости всех расходников – бензина и прочих материалов, оборотных средств, соответственно себестоимости строительных работ. Как долго отечественная экономика сможет выдержать такую высокую ставку? Мне сложно сказать. Можно в пример привести Турцию, у которой ключевая ставка сейчас 50%, и инфляция потребительских цен, наверное, на уровне 100% последние два года – кроме дотируемой стоимости основных продуктов вроде хлеба. Российскому бизнесу при нынешней ключевой ставке развиваться очень тяжело – какая должна быть доходность, чтобы перекрыть кредит в 20 с чем-то процентов? И ведь нужно еще добиться одобрения этого кредита, получить его… А кредитование по-прежнему залоговое… Под большим вопросом у меня жизнь среднего класса в таких реалиях. В прогнозах я умеренный пессимист: случись так, как я предрек – порадуюсь точности своего профессионального «чутья», нет – скажу, что рад ошибиться! Однозначно, мы живем во времена, когда уместно провести ревизию своих финансов (у себя как у человека, и у себя как предпринимателя, руководителя компании), подойти взвешенно к ведению своих экономических дел, понимая, что сверхдоходов не будет. В любом случае дорогу осилит идущий.

Источник; https://kvnews.ru

– Владимир Николаевич, какие площадки вы сейчас осваиваете?

– За зиму мы построили порядка 50 домов. У нас свои участки в Дружино, в Александровской Усадьбе (это тоже в Дружино, но в виде отдельного микрорайона), в Пушкино, в Троицком сельском поселении и в Усть-Заостровском направлении. В этом году начали выходить в другие регионы: в Самаре определяемся с площадкой – нам там заказали два дома и вообще в городе превалирует точечная застройка; а в Красноярске мы выбрали земельные участки, там построим целую улицу на 30 домов в коттеджном поселке «Светлоград». В Новосибирске уже достигли договоренности о партнерстве по земельным вопросам. Наша главная задача в этом году – просто выйти на иногородние рынки, выставить образцы: все-таки дом – это та вещь, которую перед приобретением надо посмотреть, пощупать. Планомерно шагаем на восток, обобщая опыт сибирских городов.

– Из какой стратегии вы исходите, выбирая города для экспансии?

– Из наличия сырья и потребности рынка в отоплении. Допустим, в Новосибирске есть хороший арболитовый завод. Красноярск – город остро нуждающийся в отоплении, поскольку там вообще нет природного газа. Но при этом там много срезки – главного сырья для производства арболита, состоящего из древесины хвойных пород. На удивление в лесной столице России нет собственного перерабатывающего производства, поэтому мы там сейчас как раз строим арболитовый завод. Дальше планируем двигаться в Иркутск – отечественную столицу майнинга. Мне в плане бизнеса больше нравится восточная часть России – люди там более открытые.

– К экспериментам?

– Возможно, но для меня-то это все давно не эксперимент. Майнингом я занялся восемь лет назад. Поняв, что он производит огромные объемы тепла, стал использовать его для отопления своих коммерческих помещений. Пару лет назад решил перенести этот опыт на индивидуальные жилые дома. А незаслуженно забытый арболит «вспомнил», занимаясь строительством. Это, по сути, легкий бетон на основе дерева и цемента, который производился в СССР, едва ли не в каждом городе, но после развала Союза западники навязали нам использование газобетона, пенобетона и других теплоблоков. Арболит же гораздо экологичнее, теплоэффективнее, он обеспечивает более высокую звукоизоляцию, более безопасен, поскольку не подвержен горению. Тем более за это время технологии сильно шагнули вперед и материал стал еще прочнее. У меня есть собственное производство арболита в Омске – мы соблюдаем советские ГОСТы. Очень много сторонних заказов, но не успеваем даже удовлетворить собственные нужды.

– Развиваетесь без сотрудничества?

– Исключительно на собственные средства, никаких кредитов. Все земли в нашей собственности, коммуникации по большей части тоже – часть партнерских: свой свет, свой газ, своя канализация, своя вода. Но что самое главное, есть команда обученных специалистов, которых я скрупулезно собирал чуть ли не со всего мира: из Европы, из ближнего зарубежья, среди соотечественников, естественно. Они, кстати, в здоровом смысле конкурируют друг с другом: спрос опережает предложение, и мне только на руку их стремление заработать поскорее и побольше.

– И каков ваш темп?

– Можем поднять коробку дома за неделю. Если честно, я раньше так плотно не занимался этим проектом, отвлекался на другие бизнесы: еще я занимаюсь сельским хозяйством, различными производствами. Так что в дальнейшем будем развиваться быстрее. Конкуренции я не опасаюсь, потому что аналогов моему проекту в стране нет.

– Давайте тогда подробнее про идею, которую вы запатентовали. Объясните ее простым языком, пожалуйста.

– Ранее майнинговое оборудование охлаждалось воздушным путем – за счет вентиляторов: как по-прежнему происходит в современных компьютерах и ноутбуках. Сейчас появилось оборудование, охлаждающееся водой, – по аналогии с автомобильным двигателем. Вода греется, поступает в батареи и за счет этого отапливается дом. Система очень простая и надежная. Единственное, что нужно, – цокольный этаж с возможностью круглосуточного доступа в него наших специалистов. Майнинговое оборудование можно купить у нас или арендовать – во втором случае зарабатывать на нем будем уже мы, клиент просто не платит за отопление или платит за него копейки. Большинство покупателей идет по первому пути.

– Что скажете про пожароопасность?

– Мы устанавливаем котлы, которые в принципе не нагревают воду свыше 55 градусов – в этом случае они просто отключаются. Так что взрыв исключен, система максимально безопасна.

– Работаете, видела, только с типовыми проектами. 

– Если человек готов заплатить сверху 0,5 млн рублей, готовы рассмотреть индивидуальный вариант, но при условии, что покупатель профессионально подходит к делу. Но пока в нашей практике такого не было. Наши проекты уже выверены, рассчитаны. Причем цена приемлема – от 60 тысяч за кв.м и это мы еще только недавно подняли цены. Дома очень комфортные, с террасами, панорамными окнами, разноуровневыми крышами, потолками 4,5–5 м. Дома от 42 кв.м.

– Как обстоят на ваших площадках дела с социальной инфраструктурой?

– По-разному. Но в Александровской Усадьбе планируем сами строить частный детский сад. А также ресторан с кофейней, озеленять территорию и так далее. Вообще планируем наши поселки привести к единому дизайн-коду: одинаковые требования к фасадам, заборам, вывескам и так далее. Уже проводим переговоры по этому поводу с администрацией Омского района.

– Если государство наконец все-таки узаконит положение майнеров, скажется ли на ваших клиентах то, что их могут обязать платить налоги с занятий майнингом?

– Их не обяжут, поскольку они этим занимаются не в промышленных объемах и в первую очередь не для добычи криптовалюты, а для отопления своего жилья. Они не предприниматели, а обычные граждане. На мой взгляд, это договор возмещения затрат, а не коммерческая деятельность. Мы используем не передовые криптомашинки, которые годятся как раз для производства небольшого количества криптовалюты и бесплатного отопления дома. Их стоимость – около 300 тысяч рублей. Профессиональная же обойдется не менее чем в миллион рублей. К дому подходит 15 кВт. Неважно, как владелец дома выбирает способ сжигания этого электричества. Он может поставить масляные радиаторы, электрический котел, а может майнинговую машину или две. Выработанного будет достаточно, потому что дом из арболита сам по себе очень теплый, медленно остывающий в случае отключения подачи электроэнергии. Плюс, конечно, мы используем самые современные энергосберегающие технологии. В общем, для средней семьи это огромное подспорье. Если отопление в доме бесплатное, компенсируемое майнинговой машиной, то останется 1–2 тысячи рублей на минимум электричества для холодильника, телевизора и, допустим, кофеварки, а намайненную криптовалюту можно потратить на уплату ипотечного кредита. Когда запустили льготную ипотеку, множество людей заинтересовалось нашим проектом в том числе для улучшения своих жилищных условий.

– А сколько можно заработать на майнинг-машинке?

– Сейчас около 22 тыс. рублей в месяц примерно. Раньше можно было больше, но не стоит забывать, что курс биткоина будет расти. Мы сотрудничаем с ведущими банками и в том числе по программам сельской ипотеки. Сейчас заработанного хватит почти на 100%-е закрытие месячного платежа.

– Каковы перспективы MININGHOUSE?

– Мне кажется, огромные. Взять отдаленные районы Сибири и других округов, куда сложно и дорого тянуть газопроводы. Благодаря такой майнинг-застройке можно экономить на этом, используя лишь электроэнергию. Это однозначно выгодно ресурсоснабжающим организациям, поскольку потребители исправно платят за электроэнергию и попросту не имеют стимула воровать лишние мощности, так как сами производят себе тепло. Планирую в ближайшие годы выйти в другие, кроме упомянутых, регионы, упаковать франшизу MININGHOUSE. В перспективе не вижу никаких препятствий, для того чтобы выйти за рубеж – разумеется, имею в виду исключительно дружественные нам страны. Если резюмировать, то сейчас идеальный, на мой взгляд, момент, чтобы зайти в MININGHOUSE, поскольку любая ниша наиболее прибыльна именно на этапе ее зарождения. Дом ведь можно купить и иметь пассивный доход. Или просто сдавать его в аренду как совершенно обычный коттедж. Недвижимость остается самой надежной инвестицией, а с учетом популярности майнинга тем более. Наши клиенты подсчитали, что доход от одного объекта MININGHOUSE составляет 3% в месяц от вложенных средств, а это очень много по нынешним меркам.

Фото из архива Владимира Гавриленко

Источник: http://kvnews.ru

На прошлой неделе произошло знаковое событие для рынка недвижимости города Омска. Две общественные организации профессионалов недвижимости – НП «Омский союз риэлторов», которому в 2022 году исполнилось 25 лет, и Ассоциация «Омская палата специалистов по недвижимости» – объединились в Союз «Омская гильдия риэлторов».

Ее возглавил генеральный директор ООО «Городской юридический центр недвижимости «Эталон» Виталий ИВАНОВ. О планах сообщества он рассказал обозревателю «Коммерческих Вестей» Анастасии ПАВЛОВОЙ.

– Виталий Геннадьевич, зачем понадобилось объединяться двум профессиональным организациям риэлторов?

– Дело в том, что состояние рынка недвижимости – один из самых надежных индикаторов состояния экономики государства и региона. Оно в том числе зависит от качества взаимодействия между участниками рынка: государственными органами, застройщиками, банками, нотариусами, риэлторскими агентствами, страховыми, оценочными, кадастровыми компаниями и покупателями недвижимости. Любая отрасль требует выработки общих понятных правил, единых профессиональных стандартов, этических норм, развития удобных систем взаимодействия на современных электронных площадках. Реализация этих задач приводит к повышению профессионализма участников рынка, качества оказываемых услуг и в конечном итоге позитивно отражается на людях, которые с помощью специалистов могут комфортным образом решать свои жилищные и иные, например, инвестиционные задачи в сфере недвижимости.

– Но ведь риэлторские агентства конкурируют друг с другом.

– Никто не против конкуренции. И первое правило нашего объединение в безусловном уважении к индивидуальности каждой компании, и ее особым формам своего позиционирования на рынке. При этом, важно принятие всеми участниками нескольких базовых правил:

1. Соблюдение установленной этики взаимодействия, при совершении сделок с недвижимостью.
2. Достижение ими установленных критериев профессионализма и высокого качества оказываемых услуг, в рамках принятых всеми стандартов.
3. Соблюдение принятых и выгодных всем участникам правил взаимодействия.

– Много игроков рынка уже вступило в гильдию?

– Около 70 организаций, есть несколько новых претендентов на вступление. Можно сказать, что мы объединяем значительную часть рынка недвижимости нашего города. Пока для новых членов действует льготный период – без вступительного взноса. Со следующего года отбор ужесточится – например, потребуются рекомендации, вступление будет дороже. Наша задача – сделать так, чтобы нахождение в гильдии было выгоднее и престижнее, чем работать вне ее. Уже сейчас одно из преимущества членства в гильдии – эксклюзивные условия от наших партнеров. Так, например, ряд банков в рамках наших партнерских программ дают нам особые преференции, дополнительные скидки и реальную финансовую выгоду при ипотечном кредитовании для клиентов. Подобные партнерские отношения у нас и с другими профессиональными участниками рынка. В гильдии действуют программы по обучению, повышению квалификации и продвижению компаний и их специалистов. Также наши эксперты отслеживают постоянные изменения в законодательстве и практику рынка, касающуюся недвижимости, аккумулируют это и представляют участникам в виде инструкций, презентаций в удобной форме, что очень ценно и значительно экономит время. Проводим большое число образовательных, познавательных, культурно-развлекательных, спортивных, благотворительных и иных мероприятий. Много лет комитетом по благотворительности поддерживаем детей с ограниченными возможностями, содержащихся в специальных дошкольных учреждениях. Пять лет назад высадили в парке 30 лет ВЛКСМ первые 30 лип. Сегодня наша аллея насчитывает более 350 деревьев, за которыми постоянно ухаживаем. Скоро омичи смогут любоваться волшебным липовым цветом и отдыхать в тени этих красивых деревьев. Нам очень важно создавать красоту не только там, где мы работаем, но и где мы живем, поскольку мы любим свой город и хотим его процветания.

– А каковы требования для вступления?

– У нас предусмотрена обязательная профессиональная аттестация специалистов и сертификация компаний. Каждый специалист по недвижимости обязан пройти соответствующее обучение и сдать экзамены по единым стандартам Российской гильдии риэлторов. Наши члены – участники рынка недвижимости (юридические лица и индивидуальные предприниматели) – также обязаны организовать свою работу по высоким установленным стандартам в части организации офисов, порядка работы с клиентами, выполнения общих правил взаимодействия и иных требований. Любой клиент или партнер может проверить риэлторскую компанию и ее сотрудников в общероссийском реестре профессионалов и понять, какова квалификация сотрудников агентства, чем она подтверждена. Это солидный штрих в репутации агентства.

– То есть вы предпринимаете попытку сделать рынок недвижимости цивилизованным.

– Да, безусловно, потому что на профессиональном и цивилизованном рынке недвижимости выгодно работать всем. Совместно мы разработали и внедрили общие для всех правила игры. Например, прописали в кодексе профессиональной этики, как всем специалистам следует вести себя в конфликтной ситуации без ущерба для сторон сделки, в первую очередь клиента. Гильдия служит арбитром, способствуя урегулированию спора в досудебном порядке. Сформировали десять комитетов по различным направлениям деятельности: комитет по этике и разрешению профессиональных споров, по образованию, по сертификации, по внешним связям, по работе с государственными органами, по благотворительности и другие. Наша организация входит в Российскую гильдию риэлторов, которая объединяет подобные региональные организации, формирует профессиональную методологию, позволяет общаться и делиться опытом с коллегами по всей стране. Не секрет, что на рынке недвижимости есть как профессионалы высокого класса, с которыми комфортно работать, так и не самые добросовестные игроки, чье поведение вредит репутации отрасли в целом. Из-за последних некоторые люди склонны считать риэлторов лишним звеном в цепочке сделок с недвижимостью. И, на мой взгляд, это опасное заблуждение. Иногда в агентства обращаются клиенты, которые, не имея опыта и компетенций, пытались сами решать свои задачи по продаже объекта, по юридическому оформлению документов, по взаимодействию с застройщиками, банками и государственными органами и в итоге, потеряв силы, время, деньги, обращаются к специалистам.

– А чем ценны такие специалисты?

– Объект недвижимости – зачастую самая дорогая материальная ценность у подавляющего большинства людей, которые порой десятками лет выплачивают кредит за единственное жилье. Стоит ли рисковать его потерей или возможностью судебных разбирательств случае допущения ошибки? Или все же разумнее доверить подготовку и проведение сделки риэлторам-профессионалам? Практически всегда такое взаимодействие принесет людям, решающим свои жилищные задачи, не только безопасность и юридические гарантии, но и значительную финансовую выгоду. Профессионалы-практики точно знают, как выгодно представить на рынке объект недвижимости, как правильно просчитать возникающие налоги и расходы, как правильно проверить и подготовить нужный пакет документов, как грамотно провести переговоры с продавцами и покупателями, как выстроить отношения с банками в случае взятия ипотечного кредита, с оценочными и страховыми компаниями, пояснить, какие права у проживающих и как их выписать, если потребуется, в каком состоянии должен быть объект для купли/продажи, как быть, если была выполнена перепланировка, и решить еще огромную кучу проблем, возникающих при каждой сделке с недвижимостью. Риэлторы, представляя объект недвижимости на рынке, способны привлечь узких профессионалов – маркетологов, юристов, кадастровых инженеров, дизайнеров, мастеров отделочных работ. Опытные специалисты, имея доступ к базам данных, могут проверить документы на объект и все подводные камни оформленных прав на недвижимость (наличие прав третьих лиц, обременения, ограничения, обязательства и т.д.), что обеспечит правовую защиту клиентов.

– В целом рынок недвижимости видится вам перспективным? Несмотря на мощную миграционную убыль…

– Конечно перспективным. На мой взгляд, Омск отличается большим количеством солнечных дней, красивых мест, а главное, особенных людей – открытых, добрых и очень трудолюбивых. В жизни ведь все циклично: сложные времена сменяются периодами роста и рассвета. Я уверен, что в дальнейшем в регион начнут прибывать новые люди и компании, здесь будут воплощаться новые инфраструктурные, социальные и экономические проекты. В пользу этого говорит появление нового высококачественного жилья с интереснейшими планировками, с комплексным освоением территории, принятый генеральный план города. По вопросам развития рынка недвижимости мы тесно взаимодействуем с чиновниками в рамках государственных программы расселения ветхого и аварийного жилья, сельской, семейной ипотеки.

– Вы же бизнесмен с серьезным стажем, вице-президент Омского областного Союза предпринимателей. Зачем вам дополнительная общественная деятельность?

– Я хочу участвовать в изменении к лучшему той профессиональной среды, в которой сам работаю много лет. Сейчас особенное время быстрых перемен. Люди хотят объединяться, взаимодействовать, развиваться, и это очень радует. Мне доставляет искреннее удовольствие общаться с разносторонними, талантливыми и профессиональными людьми, которых очень много в нашей сфере. Хочется закрепить доброжелательные, порядочные, честные отношения на рынке недвижимости нашего города и создать сильное объединение профессионалов.

Источник: http://kvnews.ru

В преддверии Дня строителя директор завода ЖБИ №7 Игорь ХАРТМАН рассказал обозревателю «Коммерческих Вестей» Анастасии ПАВЛОВОЙ о текущих проектах предприятия, планах и проблемах отрасли.

– Игорь Евгеньевич, поздравляю с профессиональным праздником. Как поживает ваше строительство на Малиновского?

– Отлично поживает. В первом доме перекрываем четвертый этаж, во втором забили сваи, делаем ростверки. Напомню, что мы имеем дело с проблемными домами: их начали возводить в 2007 году, но потом выяснилось, что работы ведутся без разрешения на строительство, по проектной документации, не получившей положительного заключения экспертизы, десятки дольщиков оказались брошены на произвол судьбы. Но в прошлом году мы при поддержке правительства Омской области взяли на себя ответственность довести до ума эти долгострои. Нет никакого сомнения, что проект будет успешно закончен в срок – к концу следующего года: материалы (железобетон, кирпич разных цветов) заготовлены, персонал есть, субподрядчики для проведения внутренних работ (электрика, сантехника) также имеются. По сути все самое трудное уже позади, осталось сложить дома, буквально как кубики в конструкторе, – будем строить по этажу в месяц.

– Какие еще площадки осваиваете?

– Забиваем сваи на участке на Энтузиастов, ведем проектирование дома на Труда, планируем осенью получить там разрешение на строительство. Участок выгодно находится между школой и детским садиком. Дом будет девятиэтажный (один этаж технический), трехподъездный.

– Делаю вывод, что сложная текущая обстановка никак не повлияла на ваши планы?

– Ни в коем случае. Хотя с реализацией проекта Омсктехуглерода возникал вопрос о временной приостановке строительства, но на сегодняшний день работаем и наращиваем взаимодействие. Также поставляем ЖБИ в ХМАО, ЯНАО, Тюмень, Новосибирск, по всей Омской области и в другие регионы России и Казахстана.

– В прошлый раз мы с вами обсуждали заход иногородних застройщиков на наш рынок. Ваша позиция на этот счет не изменилась спустя два года?

– Нет, я по-прежнему не против этого, если на рынке будет соблюдаться здоровый баланс. То, что «Стройбетон», наряду с иногородними компаниями, осваивает довольно крупную площадку обнадеживает. Кстати, не премину отметить, что региональный Минстрой очень помогает нам на участке по Малиновского, выполняя свои прямые обязанности: контактирует с прокуратурой, ресурсоснабжающими организациями и прочими ведомствами. Дело в том, что образовалась ситуация задвоения: там есть ЖСК «Малиновского-3», у которого нет разрешения на строительство, и ЖСК «Малиновского-2015», у которых оно есть. Конечно, это, мягко говоря, смущает и банки, и покупателей.

– Спасибо за интересное интервью. И поздравляю с Днем строителя.

– Я также хочу поздравить коллег и партнеров с нашим профессиональным праздником. Желаю интересных проектов, реализации всех задумок и планов. Бодрости духа, хорошего настроения, вдохновения и удачи. И, конечно, что особенно актуально сейчас – крепкого сибирского здоровья вам, вашим родным и близким. Берегите себя!

Источник: http://kvnews.ru